Как киевский ученый Самуил Торский камышинские сады инспектировал

В 1902 году в Камышинский уезд министерством земледелия и государственных имуществ был командирован из Киева ученый (садовод, энтомолог и, говоря современным языком, специалист по защите растений) Самуил Иванович Торский.

Терн в Камышине. В начале XX века - одна из распространенных садовых культур в Камышинском уезде

Терн в Камышине. В начале XX века - одна из распространенных садовых культур в Камышинском уезде

Цель для ученого гостя была поставлена важная: проинспектировать состояние садоводства в уезде и — цитируем: «ознакомить местное население с главнейшими садовыми вредителями из мира насекомых и организации надлежащей борьбы с ними».

Поясним: в те годы развитие сельского хозяйства и садоводства, а одновременно с этим борьба с песками и облесение пустынных территорий являлись стратегическими задачами государства в Саратовской (куда входил Камышинский уезд) и Астраханской губерниях. Работы велись планово и полномасштабно. В 1902 году в Камышинском уезде было проинспектировано садоводство, и в том же году в уездном центре — Камышине была создана база для работы Песчано-овражной партии, которая должна была остановить пески, облесить овраги — в общем, создать более-менее пригодные условия для ведения сельского хозяйства.

Но возвратимся к украинскому ученому, который честно вместе с семилетним сыном посетил 15 сел уезда, работал с крестьянами-садовладельцами в течение всего лета и по данным своей работы озвучил доклад перед Камышинской уездной земской управой. Выступая в нынешнем здании историко-краеведческого музея, киевлянин начал с шутки — оказалось, что Самуил Иванович весьма тонко оценил не только местное садоводство, но и местные реалии (стиль сохранен — прим. авт.).

«Рассказали мне в виде иллюстрации факт, который следует отнести к области басен, - что один тучный садовладелец, забравшись в чащу своего сада, никоим образом не мог выбраться оттуда без посторонней помощи! Рассказывали и другой — забравшийся туда заяц, будучи неожиданно вспугнут, тоже не смог оттуда выбежать», — такие примеры привел Торский. А в завершении подвел итог обнаруженным им негативным факторам: «Деревья здесь в садах сидят так густо, что кроны переплетаются между собой, затеняя почву под садом и совершенно не пропуская в крону дерева света — этого необходимейшего фактора для вызревания и нарядности плодов! Я как-то пытался было забраться в чащу терна, чтобы поискать вредителей, но, сделавши несколько неудачных попыток проникнуть туда человеческим образом, вынужден был проделать эту манипуляцию на четвереньках. Проникнуть внутрь человеческим образом под силу оказалось лишь моему 7-летнему сыну».

Обрисовав ужасную, по мнению ученого, картину садов в Камышинском уезде, он также указал на неграмотность местных садовладельцев: «Когда я одному такому садовладельцу начал толковать об уходе за ягодными кустами и, показав на один большой куст, сказал, что нужно оставить 7-9 побегов из имеющихся сорока, то он, видимо, пораженный, смог только протянуть: «Что вы? Разве так можно?».

На этом, покончив с критикой, Самуил Иванович задался вопросом: «Чем же объясняется такое ужасное состояние садов?». И сам же дал ответ: «По моему крайнему разумению, незнанием того дела, которое здесь представляет важнейшую, даже главнейшую отрасль сельского хозяйства».

Рекомендации ученого, пожалуй, следует взять на заметку и современным садоводам Камышинского района. К ним в докладе отнесены: несвоевременная поливка, крайне частая посадка, глубокая посадка дерева, глубокое мотыжение приствольных кругов, несоответствие почвы роду дерева, непрореживание кроны, полное отсутствие ухода за стволами, неудовлетворительный подвой (взятие черенков для прививки без разбора, здоровое ли дерево или нет), отсутствие всякого удобрения и рациональной и своевременной борьбы с вредителями из мира насекомых (тут ученый уточнил, что зачастую для опрыскивания берутся «дозы такие слоновьи, что приносят скорее вред, чем пользу»).

Тем не менее киевский знаток садоводства подчеркнул: старые садовладельцы в Камышинском уезде получали с урожая 600-800 рублей дохода, что «было не редкостью, а теперь и пятой части сады эти не дают, а иные же и совсем пропали».

Чтобы помочь камышинским садоводам, Торский отказался от «разговоров и бесед с населением», а провел систематические курсы по прикладной энтомологии и садоводству для крестьян-садовладельцев, чем занимался с 12 июня по 14 августа. «Кроме теоретических занятий, шли и практические в ближайшем саду», — пояснил докладчик. Далее ученый перечислил множество практических рекомендаций, подчеркнув: «Нельзя ограничиваться тем, что сделано за лето 1902 года, нужно продолжать...».

«Выдержку из моего отчета я считаю приятным для себя долгом окончить глубокой благодарностью за сердечное ко мне отношение председателю, членам управы, агроному, и скажу: дай Бог мне и всегда работать с такими людьми!» — подытожил С. И. Торский.

Леонид Смелов. Клуб исторических изысканий "КамышинStar".

 
Статья прочитана 295 раз(a).
 
Оставьте свой отзыв!